Саммит в Хельсинки: почему хорошая идея стал провальной


Свое видение на итоги саммита в Хельсинки опубликовал обозреватель портала The National Interest Джорд Биб, бывший начальник Центра российского анализа из ЦРУ. Сама по себе идея встречи лидеров двух сверхдержав не плохая, провальным стало ее воплощение в жизнь.

Саммит в Хельсинки: почему хорошая идея стал провальной

Выходка Трампа приведет к тому, что смягчить обострения российско-американской эскалации станет гораздо сложнее, чем это было возможно до саммита. По крайней мере, во время правления Трампа. Главный вызов, который сейчас угрожает обеим странам — не нормализация отношений, а предотвращение выхода напряженности из-под контроля.

Политический рецепт «лечения» отношений прост: правительства обоих государств должны выработать правила, ограничивающие вмешательства в дела друг друга. Путин сыграл в этом неловком моменте свою роль. Он отказался от обвинений в адрес государственных органов, но молчаливо признал, что это могли быть негосударственные субъекты. А Трамп не использовал возможностью безоговорочно осудить Москву на основании обвинительных заключений Мюллера. И второй такой возможность у него может не быть.

Двойственность ситуации привела к тому, что в кипящий внутриполитический костер было подлито масло и узкая тропинка для маневра с Кремлем еще больше сузилась. А заявления Трампа после саммита уже ничего не меняют. К тому же не стоит забывать о его страхе, что победу могут признать нелигитимной. В сложившихся условиях у Трампа будет еще больше сложностей с убеждением Конгресса на любую форму взаимодействия с Москвой.

Ошибка Трампа на пресс-конференции вызвало о Конгресса аппетит на дальнейшее ужесточение санкций. Также упадут потенциальные выгоды от совместной работы и продвижения общих интересов. В руках Кремля мало рычагов экономического давления на Вашингтон, но он имеет разнообразные асимметричные варианты.

Чем меньше вероятность улучшения отношений с США, тем больше Россия будет подрывать американские интересы в других регионах — в Иране или КНДР. И тем больше она будет сосредотачиваться на установление своей внешней политики в других частях устанавливающегося многополярного миропорядка: в Китае, Индии, Франции, Германии и остальных региональных державах.

Более того, Путин подбросил ловушку, сделав «невероятное предложение» о допросе российских офицеров, обвиняющихся в кибервзломе, в ГРУ. Закончится такой прецедент может взаимными обвинениями в проникновении в кибер-сети друг друга.

Поскольку перспектива разрядки отношений еще больше поглощена туманом, опасение непреднамеренного сжатия спирали конфронтации усиливается. Вашингтон и Москва расценивают намерения друг друга как негативные, что делает кризис наиболее опасным. Москва уверена, что внешнеполитический истеблишмент Вашингтона спит и видит, как свергнуть действующее правительство. А недавно Штаты могли наблюдать, что Россия готова растоптать американскую демократию.

Эти взгляды преувеличены: Москва и Вашингтон — стратегические конкуренты, но не смертельные противники. Тем не менее, они могут неверно истолковывать сигналы друг друга. Когда государство видит угрозу своему существованию, возрастает риск и решимость защищать свои идеалы и суверенитет. На фоне все более беспристрастной «скрытой войны» двух ядерных супердержав в экономической, информационной и геополитической сферах ,смягчить эскалацию становится все сложнее.

Взаимное глубокое недоверие ставит под сомнение необходимость в дипломатических дискуссиях по стратегическим вопросам. Каждая сторона подозревает, что оппонент лжет, и Хельсинкская встреча обострила эти взгляды. Тем не менее, чтобы избежать худшего сценария, нужно серьезное восстановление каналов связи и доверия. После последней встречи Путина и Трампа этот процесс, к сожалению, будет более долгим и трудным.